Записаться
Курсы и лекции о дизайне
для профессионалов и любителей

Мощная традиция датского дизайна: взлетная полоса или оковы для дизайнеров XXI века?

Мощная традиция датского дизайна: взлетная полоса или оковы для дизайнеров XXI века?

Любой фирменный магазин известной датской дизайнерской марки, будь то Fritz Hansen, Louis Poulsen или Normann Copenhagen, выглядит примерно одинаково: зал с полом светлого дерева, светлый и просторный настолько, что там можно спокойно прогуливаться под ручку. Точно так же оформлены и магазины скандинавского дизайна вроде Skandium в Лондоне и зачастую мультибрендовые салоны современного дизайна в целом. Ирония в том, что большая часть их ассортимента, по крайней мере то, что выставлено на главных местах и в витринах,— это иконы датского модернизма, вещи родом из 1950-х и 1960-х годов, периода расцвета датского дизайна. Это то же кресло «Яйцо» Арне Якобсена, те же стулья «Вилочковая косточка» Ханса Вегнера, та же лампа-тарелка от Louis Poulsen. Картина такая, как будто целый мир замер где-то во временах холодной войны.

Опубликовано в журнале Project International, №42, дек. 2016,
текст Ольги Косыревой
Кресло Prince, дизайнер Луиза Кэмпбелл для компании Hay (Дания) Рабочий стол Rewrite с мягким «капюшоном» от студии GamFratesi для Ligne Roset (Германия) Столики TS-Tables, GamFratesi для Gubi

Хорошая наследственность

«Большая часть датского дизайна нашего времени по-прежнему базируется на тех же ценностях, что модернистский дизайн середины прошлого века, —  говорит Нюся де Гиер, эксперт в области дизайна и вице-президент по брендингу и коммуникациям датской компании Kvadrat. —  Это высокое качество изготовления, ясная концепция, характерная колористическая модель и уважение к окружающей среде. Я голландка, но росла сразу в двух странах, обе с очень сильной культурой дизайна, и живу в Копенгагене. Вы можете здесь войти в любой дом и увидеть с порога, что люди воспитаны на дизайне. Они его высоко ценят и понимают. Он крайне демократичен, потому что он повсюду». То есть, с одной стороны, «датский дизайн» для многих звучит не как «дизайн родом из Дании», а как дизайн функциональный, лаконичный, повседневный и будничный, скромный и незаметный. Такой, как деревянные кресла Вегнера и нежно окрашенные меламиновые кухонные миски Margrethe bowls авторства Сигварда Бернадотта, принца датского королевского дома и первого датского промышленного дизайнера. Истоки этого подхода лежат в практичности и житейской мудрости народа, мощной ремесленной традиции работы с деревом, доступности дерева как материала (откуда было взяться металлическим трубкам в неиндустриальной стране) и естественной склонности к органическим формам, позаимствованным у природы и комфортным для человека как визуально, так и тактильно. Это общечеловеческие ценности, во многом актуальные до сих пор, и именно они привели к успеху предыдущие поколения дизайнеров и сделали Данию великой дизайнерской страной. С другой стороны, из этой тени великих предков не удалось выбраться никому из состоявшихся датских дизайнеров нашего времени. Больших имен, подобных Якобсену или Пантону, в современной Дании нет. Самые авторитетные местные профессионалы известны за пределами страны лишь специалистам —  будь это Оле Йенсен, автор бестселлеров для масс-маркета вроде резинового тазика; или Луиза Кэмпбелл, прославившаяся своими высокотехнологичными и в то же время женственными ажурными креслами, сделанными с помощью лазерной резки; или Сесиль Манц, тонкий и вдумчивый проектировщик незаметных, но продуманных до мельчайших деталей вещей, от посуды до акустической системы. Проблема в том, что персональные и отличные от привычных манера и стилистика с большим трудом претворяются в коллекции товаров для массового выпуска. Очень немногие производители берут на себя такие риски. Они, разумеется, думают о востребованности своих изделий, о будущей прибыли, что оборачивается сильным давлением коммерческих соображений на дизайнеров. Если магазины, журналы, а вслед за ними и потребители с таким удовольствием реагируют на стилистику в духе скандинавского модернизма середины ХХ века, то кто захочет сбежать из постоянно выигрывающей команды? «Я не хочу сказать, что старые вещи нехороши, но они выпускаются уже так давно, что для них даже разработаны специальные станки и инструменты, и их выпускать легко и приятно», —  Мортен Кьяер Стовегард, партнер дизайн-студии FurnID, намекает на модели типа Wishbone chair Ханса Вегнера, процесс изготовления которых совершенствовался десятилетиями. «Если вы сейчас соберетесь сделать подобную штуку, она обойдется вам минимум в пять раз дороже. И с этим трудно конкурировать. В том числе поэтому некоторые производители скорее перевыпустят старые модели, с ними риски намного меньше».

Борьба между традицией и современностью

«В каком-то смысле от этого не убежишь, —  говорит дизайнер о дизайнерском наследии своей страны. — Но на самом деле мы не очень стремимся убегать. Сильное прошлое с корнями в 1950–1960-х гг. —  это часть нашей истории. Мы учимся той детализации и проработке соединительных узлов, которая была в те времена. Но стараемся делать по-другому. Каждый раз, когда мы приступаем к проектированию, мы начинаем заново». Как пример можно привести стул Frost, который студия FurnID разработала для датской компании Stouby, соединив футуристичную скульптурную форму сиденья из формованной пены в текстильной обивке и тонкие деревянные ножки, которые напоминают работы Финна Юля из 1950-х годов. «Мы одновременно идем двумя путями, — говорит Кьяер Стовегард о подходе своего дизайнерского дуэта. — П роцентов 80 потребителей ищут старого, классического дизайна. Они не особенно прогрессивны. Чтобы выжить, вы должны удовлетворить их ожидания, в то время как вам самим больше бы хотелось идти в ногу с оставшимися 20 процентами». Датские школы и академии дизайна (а их в Дании не одна и не две; самые известные — В ысшая школа дизайна при Датской королевской академии изящных искусств, Копенгагенская школа дизайна и технологий, Школа дизайна в Колдинге) ежегодно выпускают сотни новых дизайнеров. Молодые специалисты, несмотря, например, на 140-летнюю историю самой авторитетной дизайн-школы при Датской королевской академии изящных искусств, не застревают в этой истории, изучают новые концепции, передовые технологии, современные бизнес-подходы в области дизайна, становясь профессионалами, смотрящими в будущее, а не в прошлое. Они изобретают лампы-неваляшки, как Ева-Мария Матиесен-Флай, и электрические мопеды, как Каспер Йенсен, разрабатывают новые приложения для смартфонов, помогающие изучать и обсуждать искусство, как Тина-Элизабет Дэвис, и шьют новую одежду из приготовленных на выброс старых вещей, как Джули-Амалия Свенссон. Однако датской дизайнерской молодежи нередко бывает так же трудно выбраться из-под давления своих великих предшественников, как состояться и прославиться детям великих родителей. Мощная образность и дух датского дизайна середины ХХ века — это бремя для молодых. Многие из них хотели бы дистанцироваться от своего скандинавского наследия — в  разумных пределах — и  поработать в другом ключе, посмотреть на мир через другую перспективу.

Инновации и внимание к окружающей среде

Некоторым это удается, и тогда миру предъявляются необычные, инновационные решения, идеи и вещи ХХI, а не ХХ века. Достаточно вспомнить уже упоминавшиеся ажурные кресла Луизы Кэмпбелл для компаний Hay и Zanotta, сделанные посредством водной и лазерной резки еще в начале и середине 2000-х гг., а также целый ряд высокотехнологичных продуктов, получивших международное признание и распространение: надувной шлем для велосипедистов Hövding, практичный и эргономичный, действующий по принципу автомобильной подушки безопасности; персональный фильтр для воды Life Straw, позволяющий пить непитьевую воду; уличные светильники SunMast компании Scotia, которые не только работают от солнечного света, но еще и отдают излишки выработанного электричества в локальную энергосистему; тканые панели SunTiles Астрид Крог из фибероптической нити, светодиодов и солнечных панелей, аккумулирующие энергию солнца, превращая ее в электрическую энергию. Последние три примера также показывают, какое значение для дизайнеров в Дании имеет так называемая устойчивость — sustainability —  деятельность с учетом безопасности и охраны окружающей среды, экологически безопасное и рассчитанное на долгосрочную перспективу социально-экономическое развитие. Это не просто ограничения и призывы к бережливости: «давайте будем экономить воду» или «уходя, гасите свет». Это и модный светильник на солнечных батареях, и отказ от использования пластиковых пакетов, и очистка водопроводной воды углем, которая снижает необходимость использования фасованной воды в пластиковых бутылках. Это миска на столе, сделанная из дерева, чье происхождение не нарушает принятые международные стандарты и не наносит ущерба лесным массивам планеты. Это мебель высокого качества, которая прослужит долго и не потребует замены. Это, в конце концов, движущая сила прогресса, мотив для экспериментаторства, поиска новых материалов и умных решений. Пусть решением будет модный велосипед, который заставит оставить дома машину, или электрический автомобиль, который избавит мир от выхлопных газов. Для этого есть все возможности: датская компания Lynx разработала самый мощный в мире электромобиль, 950 лошадиных сил, скорость в сто километров, развиваемая за три секунды, и притом совершенно бесшумно. Другая сфера, где результаты могут быть крайне впечатляющими,—  это «умный текстиль». Представьте себе белое летнее платье, с которого можно просто смахнуть следы травы или вина. Или детский подгузник, который подает сигнал, когда его требуется заменить. Носки, которые никогда не запахнут потом. Или одежду, которая говорит стиральной машине, когда ее пора стирать. Все это возможно с сенсорными технологиями и интерактивными тканями, собирающими тактильную информацию с кожи человека (температуру, влажность, мурашки и так далее), то есть соединением одежды с электроникой, делающей ее умной и полезной. Другая идея —  работа с функциональностью текстиля, добавление дополнительных качеств, таких как устойчивость к загрязнениям и статическому электричеству, водонепроницаемость, регулирование температуры и стойкость к изминанию. Все это достигается пропитками и другими манипуляциями, в том числе с использованием энзимов. Эксперименты ведутся сейчас в научном центре «умного текстиля» в VIA, крупнейшем датском университетском объединении колледжей. Конечно, такие разработки дают новые, небывалые перспективы для всего человечества.

Новые интерьерные бренды, формирующие стиль жизни

Новые датские дизайнеры, а с ними —  и даже зачастую впереди них —  и новые датские мебельные и мебельно-интерьерные компании стремятся нарушить сложившиеся каноны, развивать собственное видение, культивируют в себе оригинальность взгляда и подхода. Достаточно посмотреть на выставочные стенды, шоу-румы и каталоги таких фирм, как &tradition, Gubi, Hay, Muuto, Normann Copenhagen. Все это весьма популярные в европейском масштабе марки, хотя часть из них была основана уже в XXI веке. В их исполнении скандинавский интерьерный дизайн уже не сдержанный и скромный, он бывает и вполне «богатым», декоративным, сложным, глубокомысленным. Это не только березовая фанера, но и орех, не только скромные лампочки для рыбацких хижин, но и эффектные люстры для парадных апартаментов, не только белые стены, но и сложные темно-синие, темно-красные, густо-зеленые, горчичные, бордовые, и так далее. «Hay и Muuto предложили дизайнерскую мебель и домашние аксессуары для среднего ценового сегмента, где до этого момента была дыра, —  рассказывает Нюся де Гиер из Kvadrat. —  Они сделали дизайн доступным для более широкого круга людей и тем самым подрастили интерес и благосклонность к дизайнерским товарам в целом. Особенно это касается Muuto, компании, которая хорошо работает с молодыми дизайнерами из скандинавских стран и строит большую платформу для продвижения нового поколения талантливых профессионалов». Названные бренды не узкоспециализированные, они производят не только мебель или, например, светильники, а широкий ассортимент товаров, который формирует свой образный ряд и в конечном итоге — с вой стиль жизни. Среди быстро развивающихся датских компаний с международной репутацией стоит назвать и ту, которая работает в основном не с конечным потребителем, а в сегменте «бизнес для бизнеса» и, безусловно, влияет на облик частных и общественных интерьеров в интернациональном масштабе. Это производитель интерьерного текстиля, в том числе для обивки мебели, компания Kvadrat. Нюся де Гиер из Kvadrat говорит, не преувеличивая: «Все высокие мебельные бренды (от Cassina, Moroso и Fritz Hansen до крошечных вроде смешного Please wait to be seated —  Прим.ред. ) работают с нашими тканями — потому что коллекции для нас создают сливки международного дизайнерского сообщества, и в них нет ничего специфически датского, они космополитичны. Люди ценят превосходное качество тканей, наше особое отношение к цвету, дух цвета и широту коллекции».

Интернациональность

Датские дизайнеры середины ХХ века —  такие как Арне Якобсен, Финн Юль, Ханс Вегнер, Кааре Клинт и многие другие —  внесли важный вклад в модернистское движение и повлияли на дизайн в мировом масштабе. Многие их предметы стали архетипичными и типологичными для современных дизайнеров по всему миру, которые неизменно черпают в них вдохновение. «Сейчас мы снова интернациональны, как никогда раньше, —  говорит Ларс Дибдаль, глава библиотечного и исследовательского отдела Музея дизайна Дании. —  Датские фирмы нанимают международных дизайнеров, а зарубежные компании вовсю работают с датчанами». Примерам несть числа. Упомянутый Kvadrat сотрудничает с французами братьями Буруллеками и фэшн-звездой Рафом Симонсом, c англичанином Полом Смитом, Патрицией Уркиолой из Италии, с голландкой Хеллой Йонгериус и британцами Doshi Levien. Британец Бенджамин Хуберт и звезда из Барселоны Хайме Айон работают для патриарха датского дизайна компании Fritz Hansen. Итальянец Лука Никетто и тот же Хайме Айон сочиняют диваны для компании &tradition, а хитовую осветительную систему Light Forest ей разработали молодые голландцы из студии Ontwerpduo. Немец Стефан Диец спроектировал для Hay стеллажи New Order system, голландцы из дизайн-дуэта Scholten & Bajings наполнили каталог этой компании текстилем и посудой в нежных, но флюоресцирующих цветах.

Достаточно и примеров обратного рода. Например, фурор в дизайнерском сообществе произвело кружевное кресло Veryround Луизы Кэмпбелл для Zanotta. В 2014 году Кэмпбелл была названа дизайнером года на выставке imm в Кельне, где по традиции как дизайнер года оформила свой идеальный дом — в  виде масштабной инсталляции Das Hous. Международный успех имеют дизайнеры Сигне Хенриксен и Питер Рюцу из дизайн-бюро Space Copenhagen, которые успешно проектируют интерьеры ресторанов в таком избалованном идеями и дизайном городе, как Лондон. Другая студия из Копенгагена, GamFratesi, образованная датчанкой Стине Гам и итальянцем Энрико Фратези, архитекторами по образованию, с 2006 года занимается дизайном мебели. Критики признают, что дуэт удачно объединил в себе холод севера и жар юга. Их вещи одновременно по-скандинавски практичны и универсальны и по-итальянски эффектны. Их сервировочный столик Chariot для Casamania, рабочий стол с мягким колпаком Rewrite и столик-тумбочка Picnic для Ligne Roset, выпущенные в 2012 году, быстро привлекли внимание специалистов и публики. Они берутся проектировать из гнутого дерева для Gebrüder Thonet Vienna —  и получается танцующая вешалка для одежды Waltz. Их приглашают сделать такую прозаичную вещь, как смеситель,— и  у компании Axor появляется деревянный фонтан с желобком для стока воды, по японскому образцу. Дизайн такой свободы, гибкости, разноплановости — безусловно, международного уровня.

Промежуточные итоги

«Современный датский дизайн отличается качеством, сильной узнаваемостью и особой способностью соединять локальные дизайнерские традиции с международной перспективой, —  так описывал предмет музейной выставки «Датский дизайн сегодня» ее куратор Ларс Дибдаль. —  Датский дизайн в последние десятилетия шел по тому же пути, что и остальная Европа. В 1980-е произошел взрыв постмодернистских тенденций, в 1990-е появилась новая тема — ответственное потребление, устойчивое развитие —  и новый взгляд на продукты дизайна, учитывающий взаимоотношения дизайнера и потребителя и рассматривающий потребителя как центральную фигуру этого процесса». Эта тенденция до сих пор актуальна, и на нее работают новые материалы, производственные методы и технологии. Сама выставка, открывшаяся в музее весной 2016 года и являющаяся постоянной экспозицией, составлена так, чтобы отразить разнообразие новых идей. На ней представлены мебель, светильники, интерьерные аксессуары, одежда, примеры графического дизайна от пивных этикеток до уличных указателей —  всего около 300 экспонатов, демонстрирующих дизайн первых 15 лет нового тысячелетия. Не обошлось без элегантных чистых форм, продолжающих увлеченность страны эстетикой функционализма: таковы кресло About a Chair Хе Веллинга и лампа Caravaggio Сесиль Манц. С ними соседствуют экстравагантные Face Dress Хенрика Вибскова, в чьих плиссировках должно угадываться человеческое лицо, и инкрустированный драгоценными камнями крест с револьверной ручкой Bless You Кима Бака. Есть как недорогие повседневные предметы — в акуумный термос Geo дизайна Николая Вига Хансена, стóящий на сайте компании-производителя Normann Copenhagen 68 евро, или ее же силиконовое «Чайное яйцо» для заваривания чая за 15 евро, так и отдельный раздел «Суперобъектов» — к ерамики, стекла, ювелирных изделий и прочих фантазийных предметов на грани дизайна и искусства, сделанных в единственном экземпляре и с высоким градусом креативности и концептуальности. Выбор музейщиков наглядно характеризует датский дизайн ХХI века: разнообразный и зачастую непривычный, происходящий из сильной национальной традиции и изо всех сил стремящийся оторваться от своих корней и изжить в себе сдержанную и сдерживающую национальную специфику.